Автор: Станислав Струневский









Я не слышал твой голос уже месяцев шесть.

Я смирился, принял наказание,

Но не знал, что ни подлость, ни зависть, ни лесть

Не пошлют мне трудней испытания.



Я уехал в Париж, я "забыл" телефон,

Я решил - все "сотрет" расстояние,

И, отведав "бордо", - не шептать в микрофон

Жалкий лепет в свое оправдание.



Но французский язык, словно книга любви,

А Париж, - словно школа признания.

Мне бульвар Сен-Мишель по ночам говорил:

"Отзови свое вето молчания".



Я под своды ходил Нотр-Дам-Пари,

Я лечился органною мессою,

А потом до последней Парижской зари,

Я бежал от тебя в "поднебесную"!



Я к Всевышнему просьбу свою возносил,

Я просил его самую малость,

Чтобы Он от любви навсегда отлучил,

Чем привел его, кажется, в ярость.



Я готов был уйти самым верным путем:

С верой, псалмом, вечерней молитвою,

Но всех таинств любви не постиг я умом,

И не справиться с нею мне силою.



Я забвения искал у французских друзей

В их кафе я сидел до закрытия,

Угощал всех вином я с французских полей, -

Пусть любовь убежит от "распития".



Но в Парижской ночи я был только с тобой. . .

Говорили я плохо ухаживал . . .

Но знакомый гарсон был всем сердцем со мной,

И за столик ко мне не подсаживал.



Я был полон любви, словно реки весной,

Но всей силой Кубани и Дона

Я опять победил своей волей стальной

Долгий звук твоего телефона.



За "победу" я пил, но спиртное не в счёт,

Я еще одну струнку нарушил.

Из того, что связует. что мучит, что жжет,

Я еще один мостик разрушил.



Я над Сеной ходил, я смотрел на Париж,

Я добился всего, мне все нравилось,

Но Париж без тебя - вовсе был не Париж,

И Парижу все это не "нравилось"!



И тогда я помчался в далекий Марсель

Чтоб, оставшись у кромки прибоя,

Позабыть про Париж, про бульвар Сен-Мишель

У французского синего моря.



По дороге я видел Лион и Дижон. -

Нет прекрасней французской провинции!

Но в груди у меня - не жетон-медальон

И вояж - не любви репетиция.



Сколько вечной любви во французских словах!

И не здесь мне бороться с любовью,

Здесь поэты любимых не ждут в небесах

И не пишут поэзию кровью!



Здесь любовь - это дар! Это - Божий каприз!

Это лучик весеннего солнца!

Это - буря и шторм, и изменчивый бриз,

Это - страстное слово госконца!



Что ж ты Вечный Париж, что ж ты "Праздник-Париж"

Не жалеешь меня и не лечишь?

Ты свой праздник вершишь и огнями горишь,

Но для нас ты надеждой не светишь.



Я - от боли беглец, я - любви эмигрант,

Я имею законное право

На одну из Великих французских наград

По Законам Парижского Права!



Я бы ленточку ордена слева пришил!

Это - Орден Свободного Сердца!

Я физически этот "процесс" ощутил

По законам и Ома и Герца!



Этот Орден важней! Выше маршальских звезд!

Это символ свободы и веры,

Что есть бронь от любви и несбывшихся грез,

И любовь - не мучение без меры. . .



Но Париж лишь молчал, он был занят собой,

Ведь Париж не приемлет стенаний.

Я беседовал с Ним, как с большою стеной,

Он не слышал моих "заклинаний". . .



* * *



Видно, век нам учиться страдать и любить,

И любовь не равнять нам с бедою,

Не решать нам дилемму. - любить или "жить",

И к любви не идти нам с войною.



Но теория эта - не всем хороша,

Есть теория к практике ближе -

Ждет спасенья и отдыха наша душа,

И алмазное нёбо все ближе . . .





Париж. Март 2005 года