Автор: Николай Петрович Томск





I

Однажды люди, выпив в праздники вина,

Ругали Зевса бранными словами.

Ругать начальство, ТИХО, не вина,

На кухне всех ругаем, ТИХО, вечерами.

Но тут крестьяне сильно разошлись:

- Он дармоед! Развратник! – всё такое.

Неделю те эпитеты неслись

И чаша кончилась терпения

- Доколе

Сносить я буду унижение людей!

Ничтожные! Жалка мне учесть ваша! -

И бросил Зевс валун среди полей,

Большой такой же, как гордыня наша.

И в миг камнями проросли поля,

На каждый убранный, вновь новый вырастает,

И их в полях совсем не убывает,

И непригодна, стала к пахоте земля.

Взмолились люди

- Пощади ты нас!

Сними проклятие, вино нас разыграло:

Ум помрачило, языки нам развязало….

Невиноваты! – весь на этом сказ.



Ответил Зевс

- Проклятие сниму,

И дам награду тем я, в свою пору,

Кто, взяв валун, закатит его в гору.

С ним, встав, воздаст мне почесть и хвалу. -



Крестьяне, выслушав, на камень посмотрели.

- Тяжёл, однако! – все они нашли.

И повернувшись, пить вино пошли.

Катать тот камень, явно не горели.



II

Сизиф – атлет и воин и герой.

Забросив дело ратное, по миру,

Он путешествовал, котомка за спиной,

И шёл в далёкую, прекрасную Пальмиру.



Путь по местам его по тем лежал,

Где все поля нещадно проросли камнями.

И выслушав крестьян, Сизиф сказал

- Я помогу, но только вместе с вами. -

- Конечно вместе! – закричали дружно все

- Что нам булыга! Мы такая сила!

И к вечеру мы будем на горе,

Что бы судьба нам нынче не сулила.

Будь предводителем. Мы за тобой!

И к делу общему все руки мы приложим.

А в память о тебе легенды сложим,

Все будут знать, какой ты есть герой! -



Валун огромный, словно дикий слон.

Треть к валуну, придя, не подступилась,

Треть лишь нажали, сразу отвалилась,

Треть бросила, лишь приподнялся он.

И только камень сделал оборот,

Сизиф один остался с камнем в поле.

И тот катился, подчиняясь его воле,

А в стороне глазел на всё народ.



- Закатит? -

- Не закатит.-

- А пари? -

Толпа на зрелище пришла со всей округи.

- На гору стал взбираться он, смотри! -

- Не удержал! Сорвались его руки! -

- Валун летит! Валун! Поберегись! -

- Нет, не осилит. Жила тонковата.

Да и предплечье, явно слабовато. -

- Вновь взялся! Ну, теперь держись. -



Толпа ругается, неистово орёт,

И слабаком завёт, и трутнем величает,

Но наш Сизиф валун свой в гору прёт,

Наветов и хулы не замечает.

И снова вниз, попыткам счёта нет.

Наевшись зрелища, расходятся зеваки,

А он упрям, лишь морщится в ответ,

Вперёд! наверх! и снова он в овраге.



Смеясь, последние под вечер разошлись,

Сизиф и в сумерках валун свой не бросает,

Все с чувством долга, что исполнен, улеглись,

Один лишь он покоя всё не знает.



И грохот камня катит, что в овраг

Сродни был колыбельной всем в округе.

Все засыпали, усмехаясь, - Ну, дурак….-

Ловя, ликуя, неудачи звуки….



III

Но утром крик селение поднял

- Смотрите, камень! Камень на горе….-

И, рот открыв, народ внизу стоял,

Глазам, не веря, в утренней заре.



Сизиф у камня. Гордый, но без сил,

Глаза его лишь озорно блестели

- Смотрите все!!! Я камень победил!

Всё потому, что ВЫ того хотели. –



Все закричали весело и вдруг

- Мы так хотели, в этом наша сила.

Что он один, без наших крепких рук.

Беда нас вместе всех одна сплотила.

Что он без нас несчастный сделать мог.

Мы тот валун на гору взгромоздили.

То наш успех, и это лишь пролог,

Мы славу, и прощенье заслужили. -



И кинулись по склону все наверх.

А он навстречу камень им толкнул

- Вот ваша слава, вот вам ваш успех….-

И в розовом тумане утонул.



***

Прошли века. Валун тот всё лежит.

Сизиф толпой был подло оклеветан.

Людская зависть непокорным мстит,

Всю правду, искажая нам при этом.