Известный танцовщик Андрей Меркурьев решил попробовать себя в роли хореографа. В эти минуты на сцене театра "Новая опера" он танцует два своих одноактных балета на музыку Филиппа Гласса и Арнольда Шенберга. Вечер получил название "Андрей Меркурьев. Признание". Большой театр, где работает танцовщик, поддержал его творческий проект и дал ему возможность работать вместе с солистами и кордебалетом труппы. Рассказывает Елена Ворошилова.




В последнее время, Андрей Меркурьев не часто появлялся в спектаклях Большого театра. Балансируя между ожиданием и отчаянием, танцовщик решил время зря не терять, и попробовал себя как хореограф.

"Я счастлив, что у меня еще есть силы и возможности выходить на сцену даже в своих балетах. Если сегодня я, например, не могу выйти в "Лебедином озере", то выйду в своем спектакле, и скажу то, о чем я думаю и что мы проживаем все", – признается хореограф Андрей Меркурьев .

Большой поддержал начинающего хореографа. Дал кордебалет и солистов. Репетировали на бегу. В театре все силы брошены на фестиваль Юрия Григоровича. Но артисты нашли для проекта время.

"Залы постоянно все заняты, артисты на последнем издыхании... То есть, как обычно всегда и бывает, все это делалось по ночам, уже уставшими. Но мы всегда в балете преодолеваем себя", – рассказывает прима-балерина Большого театра Екатерина Крысанова.

В двойном концерте для скрипки и виолончели Филипа Гласса Меркурьев услышал течение воды. На сцене в фокусе внимания не только танцовщики, но и музыканты.

Скрипач Сергей Поспелов и виолончелист Федор Амосов держат баланс. Таким виртуозам трудно не перетягивать внимание на себя. Но акцент только на танце.

"Конечно, мы взаимодействуем и смотрим. Пытаемся предугадать, запомнить хореографию. Потому что зная хореографию, мы уже можем более соответствовать настроению коллеги", – говорит Федор Амосов.

"Мы дышим вместе, они танцуют, а мы играем. И вместе мы составляем что-то единое", – отмечает скрипач Сергей Поспелов.

Экспрессивный и совсем не танцевальный Арнольд Шенберг, оказался крепким орешком. На Дягилевском фестивале в Перми, с легкой руки Теодора Курентзиса, три хореографа пытались ставить балет на его музыку. Двое сошли с дистанции. Остался Меркурьев с "Просветленной ночью", которую увидела Пермь, теперь Москва.

Магнетизм музыки Шенберга соединил Андрея Меркурьева и Алевтину Иоффе – таких разных хореографа и дирижера.

"У нас сложные характер – и у него, и у меня. Но мы нашли совместную историю. Это было огромным подарком, кладом, который мы нашли. Мы рассказываем об одном и том же", – добавляет дирижер-постановщик Алевтина Иоффе.



"Признание" Андрея Меркурьева только начало серии вечеров, в которых синтез музыки, поэзии, танца. Кто подхватит эту эстафету, пока неизвестно. Но шанс рассказать что-то важное о себе есть теперь у многих певцов, музыкантов, хореографов.

Новости культуры